Дарья Донцова не скрывает: все героини ее многочисленных романов списаны с нее самой или с ее ближайших подруг. Может быть в этом и кроется секрет невероятного успеха автора и ее персонажей.

"Невозможно понравиться всем, — говорит наша героиня. — Я же не стоевровая бумажка, чтобы вызывать у всех радостную улыбку на лице. Отношения между автором и читателем очень интимные, они сродни отношениям между мужем и женой. Я люблю своих читателей, они любят меня, нам хорошо вместе". Раньше ее звали Агриппина Васильева. Она закончила факультет журналистики МГУ. Два года прожила в Сирии, работая переводчиком с французского в Советском консульстве. Тогда же кто-то из приятельниц уговорил Груню пойти к гадалке. Та нагадала клиентке скорую писательскую деятельность. Но Груня ей просто не поверила: что за глупости, какие это книги она будет писать?!

Дважды она разводилась, но в третьем браке, наконец, нашла свое счастье. Родила двоих детей: сына Аркадия и дочь Машу. Работала в газете «Вечерняя Москва», журнале «Отчизна» и еще успевала преподавать.

Выросшая в обеспеченной семье писателя и актрисы, она столкнулась со всеми невзгодами жизни — несколько неудачных браков, бедность, тяжелая болезнь, приведшая ее в палату реанимации. Все это было. Но в ее жизни, как и в романах, есть тот счастливый момент, который поворачивает жизнь к лучшему.

Писательница безумно любит животных, в доме Дарьи Донцовой их много: во-первых, Ада и Муля — это мопсы, во-вторых, старейший из собак, черный карликовый пудель Черри, затем идут кошка Клеопатра, в-третьих, еще золотые рыбки.

Но в конце 1998 года ее жизнь круто изменилась: врачи вынесли страшный приговор — онкология, четвертая стадия. Агриппину спасли три вещи: курс бесед талантливого психотерапевта, собственное жизнелюбие и чудесный совет любящего мужа. Пять детективных романов, которые она написала в больнице, стали началом ее второй жизни.

Позже издательство «ЭКС-МО» подарило ей и новое имя — Дарья. А так же дало жизнь трем ее воплощениям: Даше Васильевой, Евлампии Романовой и Виоле Таракановой.

О своих творениях и об их главной героине Дарья рассказывает следующее: «Сейчас скажу вам жуткую вещь, мне вообще никто не верит. Я ничего не придумываю, ничего нарочно и специально не выстраиваю. Это произошло, когда я после операции с четырьмя наркозами восстала из мертвых в реанимации.

Состояние такое, знаете, плывущее. И еще неделю приходится ждать, что тебе доктор скажет. Доктор глаза отводит. И родных к тебе не пускают, они стоят за стеклом, и у них слезы текут. И ты понимаешь, что все очень плохо, просто хуже быть не может — и это, мягко говоря, действует на нервы. Наконец пустили мужа, а он у меня профессиональный психолог: «Ну и что ты тут валяешься, как мясо в тряпках? Ты всю жизнь стонала, что тебе писать не дают? Вот тебе ручка, бумага— пиши. Ты, по крайней мере, не будешь видеть этих аппаратов, медсестер, доктора».

А как это — пиши? О чем? Я выпросила у сестры подушку (их там не дают), изловчилась, села на этой железной кровати, причем из меня постоянно вываливались иглы капельниц — медсестра очень ругалась, и... Я просто увидела видеоряд. Даму лет сорока, блондинку. Она шла к своей машине и как будто кому-то рассказывала о себе. Причем на первых четырех книгах я не умела этот видеоряд останавливать. Кино несется, я записываю, как будто сижу внутри главной героини».

На вопрос о происхождении псевдонима, писательница отвечает так: «В юности я прочитала книгу Алексей Толстого «Хождение по мукам» и влюбилась в одну из героинь, которую звали Дашей. С тех пор это мое любимое имя».

Ее бешеная работоспособность вызывает множество кривотолков. Те, кто сами не в состоянии написать два предложения подряд, уверены: Дарья Донцова — это большой коллектив авторов.

А наша героиня установила для себя норму — 20 страниц текста ежедневно. Работает она с 6 утра, и часто так увлекается, что просто забывает не только о норме, но и о времени.

Однажды она жутко перепугалась: правая рука перестала слушаться, а пишет она исключительно ручкой. В панике Донцова позвонила своей подруге-врачу и закричала, что метастазы, очевидно, пошли по всему телу. А та, умничка, велела проверить, сколько Даша написала за сегодняшний день. Оказалось, 82 страницы. «Но ведь так интересно узнать, что будет дальше!» — смущенно призналась она. Вот тогда-то домашними и была установлена норма в 20 страниц.

Но в то время, когда автор работает, ее лучше не трогать: во всякого входящего без всякого предупреждения летят фигурки мопсов. Уклониться удается не каждому.

В ответ на вопрос одной из «акул пера», в чем выражается помощь мужа, писательница разразилась целым монологом: «Вы представляете, чем занимается декан университета? Мало того, что он — преподающий профессор, у которого курс: студенты, аспиранты — сюда добавляется еще ремонт туалетов, текущая труба, студенты, которые напились в общежитии и повыбрасывали мебель из окна. Его нет никогда — муж сильно загружен на работе. А когда он приходит домой в половину первого ночи, то, прижимая к уху мобильный телефон, падает в кровать и во сне кричит: «Алло... да...». Тогда я забираю у него полусонного мобильник и отключаю. Его никогда не бывает дома!

Один раз он, правда, сел. Взял в руки книжку «Жена моего мужа», карандаш и сказал: «Сейчас научу тебя, как надо!» «...Это, это не так, это не сяк...», — в общем, полная профанация книжки.

Старший сын послушал и говорит: «Пап, твои слова — пособие, как убить жену и остаться безнаказанным. Отстань от матери!» И после этого муж перестал делать мне какие-либо замечания.

Конечно, он до сих пор пребывает в некотором шоке. Представьте, дома была любимая послушная болонка, и вдруг она запела как Галина Вишневская. Как вы к этому отнесетесь?»

Среди лиц мужского пола нетрадиционной ориентации ходит упорный слух о том, что в романах Донцовой есть явное благоволение к геям. «Я считаю, что если двое мужчин в тишине спальни любят друг друга, то это их личное дело, — поясняет писательница свои позиции. — Если это доставляет им удовольствие, если они от этого стали счастливыми, то какое право я имею их осуждать.

И кто сказал, что секс между мужчиной и женщиной — это норма, а все остальное — неправильно. Я против совращения малолетних и насилия. А все остальное не вызывает у меня ни малейших отрицательных эмоций. Любовь бывает разной. На свете нет одинаковых людей. Вы такой один».

При всей популярности и занятости, наша героиня очень хорошо умеет вязать, а еще лучше — готовить. «Сильно подозреваю, что мои пирожки и котлеты примиряют моих домашних со мной», — смеется она.

Поскольку Дарья Донцова невероятно популярна, возникает резонный вопрос, не ревнует ли муж к такой славе. «Нет, мой муж не ревнует. Мой муж — доктор наук, профессор, академик, автор огромного количества научных книг, член почти всех ученых советов по психологии в этой стране, и еще вопрос, кто кого популярнее».

Дарья категорически отказалась принимать участие в кастинге актрис на роли в экранизации своих книг: «Я категорически не могу никому сказать нет, и когда мне сказали об участии в кастинге, я себе представила, что я сижу так в комнате, входит 20 актеров, я должна 19 сказать «нет». Я поняла, что упала бы в обморок от такой ответственности.

В итоге мне просто показали главных героинь. С Аллой Клюкой, которая играет Евлампию Романову, у меня не было вообще никаких вопросов. Когда она вошла, мне захотелось броситься к ней на шею и скорее познакомиться с Евлампией Романовой.

С Ирой Рахмановой, которая играет Виолу Тараканову, тоже все было отлично. А Пара Удовиченко просто на меня очень похожа и внешне, и по поведению. Меня сначала немножко смутил Дима Харатьян в роли Ивана Подушкина.

Мое представление о Подушкине не совпадало с внешностью Харатьяна. Но потом я увидела отснятый материал и поняла, что произошло абсолютное попадание.

Так же меня немножко смутила кандидатура Юлии Рутберг, которая играет маму Ивана Подушкина. Юля же молодая женщина! Я думала, как же она будет играть эту вздорную старушку? А потом увидела, что у нее это совершенно гениально получается, потому что она уникальная актриса. Она очень хорошая актриса».

Мечта автора самой сняться в каком-то из фильмов никак не осуществляется. «Меня ни разу не позвали, — грустит она. — Я сама очень долго ныла, напрашиваясь сначала на роль Даши Васильевой. Ну, естественно, меня никто туда не взял.

Я стонала, я плакала, я просилась в сериал, и, в конце концов, мне сказали: «Да, так и быть в «Даше 4» мы даем тебе роль». У меня было восторга выше крыши! А потом выяснилось, что это роль писательницы Дарьи Донцовой, которая подписывает книги в книжном магазине. И то я с ней не справилась — сделали то ли 15, то ли 18 дублей. Все оказалось не так просто на самом деле. Я когда входила в эту выгородку книжного магазина, мне режиссер говорил, что я иду неубедительно, чем просто вверг меня в комплекс неполноценности, потому что я обычно так и хожу».

На вопрос в одной из онлайн — конференций, что стало для нее истинным стремлением в жизни, писательница ответила так: « Мне показалось, что без меня будет тяжело моему мужу, моим трем детям, двум внукам, двум подругам, четырем собакам, коту и двум черепахам. Если я умру, у них в жизни будет пустота».

-------------------------------------------------------
Источник: "TV – парк" № 27 2007 г.