Rambler's Top100 Індекс цитування Яндекс.Метрика
Портал интересных статей » Литература » Как украсть миллиард? Главы 22 - 23
Как украсть миллиард? Главы 22 - 23
(Девушка и банкир)


.
.





Глава 22. Вечер сказок


Замечена слежка


Катрин стояла в «библиотеке» детдома перед окном, выходившем в сторону улицы и смотрела на снег, медленно падавший с неба. Скоро должно наступить Рождество, и падающий снег радовал её. «Рождество со снегом, покрывающим всю окрестность, все дома и деревья – это всегда радость», - подумала она. Рядом с ней стояли мальчик и девочка, уткнувши нос в окно, и тоже смотрели в окно на падающий снег. К воротам детдома повернула машина, машина Вернера. Она обратила внимание, что Вернер, подъехав к воротам детдома и, выйдя из машины , прежде чем открыть ворота, явно огляделся по сторонам, как бы ища кого-то. «Если бы он кого-то ждал, с кем договорился здесь встретиться, он бы, скорее всего, искал его внутри двора», - подумала Катрин, и поймала себя на мысли: «Я уже думаю как Вернер, чисто логически: посылка – заключение». « Посылка» - в смысле описания логической ситуации – было новым словом для неё. Недавно она читала книгу по логике, чего раньше, до знакомства с Вернером, никогда не стала бы делать.


Она вышла во двор навстречу Вернеру. Протянула ему руку, мило улыбнулась:


- Я видела, как ты вышел из машины перед воротами. Тобой ещё не овладела мания преследования?


- Похоже, что скоро овладеет. Я уже несколько раз встречаю одно и то же лицо незнакомого мне человека, которое сразу же исчезает, едва я его замечу.


- Здесь, около детдома?


- Не только здесь.


- И давно уже ты его замечаешь?


- Примерно с того времени, как нас посетил корреспондент газеты, и мы стали известны всему городу.


Доверие за доверие


Они прошли в зал столовой, где в это время никого не было.


- Есть у кого-нибудь причина следить за тобой?


- Думаю, что нет. Кроме той причины, которая тебе известна.


- А то, что ты пишешь книгу о кризисе?


- Мне известны факты преследования за книгу, но это было всегда после опубликования. Кроме того, кризис по существу закончился, все, кого можно было бы непосредственно обвинить, исчезли с политической поверхности. Правительство сменилось, недавно поменяли и президента Рейхсбанка.


- Им стал теперь государственный Комиссар по валюте (19.12.23)


- Да. Это оплата за то, что он прилично себя вёл и не назвал виновников кризиса. Кстати, ты никому не рассказала о знаменитых двух чемоданах?


- Нет, если не говорить о том, что я едва не сделала это тогда при тебе, во время беседы в столовой после танцев.


- Да, это я помню. Мне тогда впервые пришло в голову, что я ведь не сказал тебе о том, чтобы ты никому об этом не говорила. Я считал это само собой разумеющимся.


- Я и не говорила никому. А в тот вечер я забылась, так как мне показалось, что у тебя очень доверительные отношения с Сузан.


- Я доверяю ей. Не думаю, что она захочет сделать мне зло. Но зачем обременять человека тем, что ему знать необязательно?


- Почему же ты решил обременить меня?


- Я сделал это под влиянием минуты. Возможно, мне показалось слишком тяжело одному нести эту тайну. А может быть, я сделал это потому, что ты проявила такое необычное доверие ко мне.


Возрастная преграда


Катрин вспомнила тот день и слова, сказанные тогда ею, и слегка покраснела.


- Сейчас у меня к тебе доверия ещё больше, - сказала она очень тёплым голосом и лукаво посмотрела на него. «Поймёт ли он то, что я имею ввиду? - подумала она при этом. – Такой умный парень, и в то же время – такой лопух!»


- Моё доверие к тебе тоже выросло, - ответил он. Было самое время доверчиво взять её руки в свои, погладить их, или даже просто обнять её. Но этот жест, конечно, требовал некоторого продолжения, по крайней мере, в скором будущем.


«Не догадался ? Или просто не захотел? - подумала Катрин. - Неужели для него эти пара лет разницы в возрасте такая большая преграда? Или здесь есть что-то ещё?»


Сами себе театр


Детдом готовился к Рождеству. Особенно этим была занята Катрин. Ей пришла в голову мысль устроить на Рождество небольшой концерт силами его воспитанников и пригласить на него дарительниц. Она поделилась этой мыслью с Сузан.


- Идея неплохая, - ответила та. – Правда, Рождество считается чисто семейным праздником. Вряд ли кто захочет прийти в этот день.


- Да, ты права. Но мы можем сделать это и за один день до Рождества. Как ты думаешь, хватит у нас времени на подготовку?


- Дети могли бы сыграть пару сказок, спеть несколько песенок и прочитать пару стихотворений. На это много времени не надо. Главное, подобрать костюмы для наших артистов. Как ты думаешь, всё должно быть на рождественские темы?


- Мне кажется, что нет. Костюмы мы можем взять напрокат. А если не получится, оденем им поверх обычной одежды бумажные накидки. А на бумаге нарисуем всё, что нам надо. Желающих рисовать у нас много. Главное – дать им идею.


Детям предложение понравилось, хотя они и боялись осрамиться перед дарительницами.


- Ничего страшного, - уверенно заявила Катрин. – Им понравится уже то, что вы будете стараться. Что-нибудь у нас да получится. Они же понимают, что вы не настоящие артисты.


Особенно понравилось детям, что им самим предложили выбрать репертуар. - На это должен уйти сегодняшний вечер, - сказала Катрин. – Вы уже довольно хорошо знаете книги, которые у нас есть. Подберите что-нибудь простое, что вам нравится. Мы с Сузан тоже будем над этим думать. Если вы не против, мы вам тоже что-нибудь подскажем.


Дети с улыбкой переглянулись.


- Мы согласны, - заявили они хором.



В школе его все считали особенным


Весь вечер прошёл в разговорах и спорах, связанных с подготовкой концерта. Один этот вечер сблизил Катрин и Сузан больше, чем предыдущие месяцы. Когда в конце вечера в очередной раз был поставлен вопрос: «А что бы из этого выбрал Вернер?» Сузан как бы невзначай спросила:


- А ты давно его знаешь?


- Мне кажется, что уже целую вечность. Хотя на самом деле я знаю его чуть больше трёх месяцев.


- Всего?! – удивилась Сузан. – А мне показалось, что вы очень хорошо друг друга знаете.


- Мне тоже показалось, что вы хорошо друг друга знаете.


- Ну, я то его знаю чуть ли не с первого класса.


- Многим он у вас в школе нравился?


- Трудно сказать. Многие девочки считали, что он очень хорошо к ним относится, но потом оказывалось, что вовсе не так хорошо, как они хотели. По-моему, он ни с кем не перешагнул порог обычной дружбы.


- А тебе? Тебе он тоже нравился?


- Я больше двух лет его не видела. А теперь мне кажется, что он стал совсем другим человеком. Хотя во многом он остался таким же, каким был раньше. Он особенный. И в школе его тоже все считали особенным. Возможно, именно этим он и нравился девочкам. С ним можно было говорить о чём угодно, но, тем не менее, он всегда держался на дистанции.


- Да, я тоже уже заметила эту его способность.


Начались репетиции


Дети решили сыграть всем известную сказку о братике и сестричке, которые заблудились в лесу и попали к злой ведьме, притворившейся для начала доброй старушкой. Пьесы по этой сказке дети в библиотеке не нашли и решили просто прочитать по книге авторский текст, а все места, где ведьме или детям нужно было говорить, должны были сыграть маленькие артисты. Ведьме сделали горбатый нос из бумаги и горбатую спину из маленькой подушечки для куклы. Клетку, в которой ведьма должна была запереть братика для откорма, составили просто из спинок шести стульев. Печку, в которой она хотела поджарить его, составили из таких же стульев, но сдвинутых сиденьями друг к другу. На сиденья поставили большой ящик из картона со сделанным в нём дверцей, и на всю эту конструкцию сверху накинули простыню. Во время репетиции, когда ведьма показывала братику, как надо залезать в печку, её с такой силой толкнули ногой в зад , что она стукнулась головой о стенку, перед которой стояла «печка», и оттуда раздался самый взаправдашний вой. После этого к задней стенке печки стали прислонять подушку, а «сестричку», которая так старательно исполнила это место её роли, «ведьма» предупредила, что если она ещё раз так сильно толкнёт её, то ей самой придётся играть роль ведьмы:


- А тогда уж я потолкаюсь, - добавила она.


Одной этой сказкой решили ограничиться, чтобы не надо было таскать по сцене реквизиты. Остальное время заняли стихи, скетчи и несколько песенок.


Двойной сюрприз


Посетителей пришло не очень много, всего чуть больше двадцати человек. Вход был, конечно, бесплатный, но дарительницы пришли не с пустыми руками. Около стенки у входа поставили пустой стол и на него посетители складывали принесённое. Посетителей разместили за пятью столами, поставленными торцом к сцене. За ними были также поставлены в ряд столы, и на них разместилась часть детей, не занятых в концерте. Они смотрели через головы посетителей. Другие дети разместились по бокам от посетительниц и по бокам от сцены прямо на полу. Впереди сидели или даже лежали самые маленькие. На столах для посетителей были расставлены бутылки с напитками и на тарелках были разложены свежие крендели и булочки. Можно было также заказать горячий чай. Его разносили старшие из девочек в белых передниках.


Больше всего всем понравилась песня «Тихая ночь, святая ночь». Её пели под музыку, звучащую на граммофоне, шесть мальчиков и пять девочек. Другие дети и посетительницы подпевали.


На этом программа должна была быть закончена. На сцене должны были появиться все исполнители. Девочка, ведущая программу , должна была поблагодарить всех посетителей за посещение их концерта, за пожертвования и попросить их не забывать их детдом. И, конечно же, пожелать всем хорошо добраться до дома и спокойной ночи.


Вместо этого она выскочила на сцену и заявила:


- Мы никогда не выступали перед публикой и мы очень старались и готовились к этому вечеру, - тут она сделала паузу и после этого выпалила: - Мы очень хотели этим порадовать вас, взрослые. Мы очень рады, если это нам удалось. А теперь мы хотим, чтобы хоть кто-нибудь из вас, взрослых, тоже выступил и рассказал нам сказку, спел песню или рассказал стихи. – При этом она по очереди посмотрела на Вернера, Катрин и Сузан. - Мы все вас очень просим.


Все взрослые, причастные к детдому, стали переглядываться, ожидая, что это кем-то подготовленный сюрприз. Но недоумение выразили при этом все.


Дети, по-видимому, ожидали подобной реакции.


- А пока вы будете думать, что же вы нам расскажете, - добавила ведущая, - мы исполним два номера, которые подготовили совершенно без помощи взрослых.


Вот тебе на! Одна неожиданность за другой!


На сцену вышел мальчик с бородой и стал рассказывать притчу о том, как умирающий отец попросил своих сыновей сломать веник. На сцену вышли три мальчика с веником и стали по очереди пытаться сломать его. Когда у них это не получилось, мальчик с бородой развязал веник и попросил поломать отдельные ветки, из которых состоял веник. Каждый из мальчиков легко поломал по нескольку веток, из которых состоял веник, и стал делать вид, что не понимает, зачем его об этом попросили. После этого бородатый «отец» произнёс заключительные слова о том, что если они будут держаться всегда вместе, то и их никто не поломает. «Обрадованные» мальчики собрали поломанные ветки и, взявшись за руки, убежали со сцены. Все зааплодировали. Бородатый мальчик скромно дождался конца оваций, и, когда они утихли, громко добавил:


- А если мы все, дети и взрослые, будем держаться вместе, то мы скоро справимся и с кризисом! – поклонился и убежал со сцены.


И тут, после одной этой фразы, снова грянули овации. Зрители никак не могли успокоиться. Вернер вопросительно посмотрел на Сузан и на Катрин, но обе они покачали головами в знак того, что они тут ни при чём.


В это время на сцену снова вышла ведущая и объявила:


- Песенка про мальчика, который любит поспать!


На сцене появился мальчик с подушкой и одеялом и улёгся на полу. Следом появились две девочки и мальчик и стали петь всем известную песенку. Они пели и одновременно тянули мальчика за руку, пытаясь его поднять, и стягивали с него одеяло. Тот одурело смотрел на них, натягивал изо всех сил на себя одеяло, кивал головой в знак согласия встать, но как только его руку выпускали, снова падал и спал дальше.


Глава 23. Вечер продолжают взрослые


Артист поневоле


Вернер в это время подошёл к Сузан и Катрин, и ещё раз спросил, правда ли, что они ничего не знают о выходке их артистов. Те ещё раз подтвердили, что они ничего про это не знают.


- Придётся вам рассказывать сказки или спеть песенку, - улыбнулся Вернер.


- Да мы совершенно не готовились, да и в голову ничего не приходит, - в голос ответили обе.


- Ну, как хотите, - сказал Вернер. – Я сейчас попробую защитить честь взрослых. Но как бы у меня ни получилось, плохо или хорошо, после меня выступаете вы, - с угрожающей улыбкой закончил он.


В это время ведущая уже объявила с неуверенной улыбкой:


- А сейчас выступают взрослые!


- Иди-иди, - сказала Вернеру Катрин. – В трудную минуту должны отдуваться мужчины, - добавила она со смехом.


Вернер вышел на сцену.


- Дорогие друзья! Прежде всего, я хочу подтвердить, что это действительно провокация наших маленьких артистов. Никто из нас не готов к выступлению. Я даже не представляю, что сделали бы со мной за такую провокацию мои родители.


В зале засмеялись. Трудно было понять, верят ли ему зрители. Но всем было интересно, что последует дальше.


- Я уже давно забыл все сказки, которые знал, а петь тоже никогда не пел, кроме как для себя лично. Стихотворения я когда-то знал, но вряд ли хоть одно из них подходит к сегодняшнему вечеру. Да и не помню я их уже. Учили то мы их для отметки и сразу же забывали.


В зале раздались неуверенные смешки. Похоже, зрители начинали верить в происходящее.


- Но пока дети тут исполняли последние два номера, - он сделал маленькую паузу и добавил несколько иным тоном: - Надо ещё проверить, действительно ли они их сами придумали.


В зале опять засмеялись, а Вернер вернулся к своему прежнему тону:


- За это время я вспомнил то ли рассказ, то ли сказку, которую я случайно прочитал года два тому назад. Тогда она оказала на меня сильное впечатление, и я долго не мог её забыть. Называется она «Сон». Конечно, она рассчитана на взрослых. И если она не понравится детям, то они сами виноваты. Если у нас когда-нибудь снова состоится подобный концерт, то они меня уже врасплох не застанут. Я уже буду знать, на что они способны, - с улыбкой заключил он.


Снова раздались смешки, теперь явно сочувственные. А Вернер начал свой рассказ.


Сон


Одному человеку во сне приснилось некое всесильное существо, назовём его чародей. Этот чародей предложил ему возможность в течение двух часов выбрать любую женщину, которая ему понравится, но только одну. Причём эта женщина будет по настоящему любить его, его одного. Этот человек был очень богат, у него была красивая жена, и он мог купить себе, если бы пожелал, практически любую женщину. Но именно это заставляло его подозревать, что если женщины и любят его, то только ради его денег, а не ради его самого. Ему же хотелось, чтобы они любили его так, как любят других мужчин, просто за то, какие они есть. Поэтому предложение чародея его очень заинтересовало. Правда, в нём было одно но: если он за это время никого не выбрал бы, то ему досталась бы та женщина, которая в последний момент до истечения двух часов, будет находится в его поле зрения.


Это условие таило в себе опасность, но неужели он за два часа не сумеет выбрать себе подходящую красавицу, конечно, при условии, что выбор будет достаточно большим?


- А много ли я за эти два часа встречу женщин? И будут ли они достаточно молодыми и красивыми? – спросил он чародея.


- Ты увидишь тысячи, десятки тысяч женщин! И большинство из них очень молодые и красивые. В выборе недостатка не будет!


Тогда он согласился. И сразу же увидел себя в помещении огромного театра во время перерыва. Мимо него проходили сотни восхитительных женщин, глаза его просто разбегались. Но, тем не менее, он почти сразу обратил внимание на одну из них, находившуюся в обществе двух своих сестёр, тоже очень красивых девушек, следом за которыми шли мужчина и женщина, по-видимому, их родители. Девушка была похожа на грузинку, а грузинки всегда очень нравились ему, хотя он сам грузином не был. Девушка была восхитительна. Возраст, рост, фигура, лицо, её необычная свежесть, нежный румянец, умный взгляд, лёгкая походка – всё подходило ему.


Он уже хотел остановить на ней свой выбор, но взглянул на часы, находящиеся в зале везде, где только можно было. Из данных ему двух часов времени прошло всего чуть больше десяти минут. Конечно, девушка удивительно хороша, но неужели среди столь многих красавиц за оставшиеся 7 четвертей часа он не увидит лучшую?


Эта мысль показалась ему разумной, но, тем не менее, он решил не совсем выпускать из поля зрения так понравившуюся ему девушку, и сделать по залу театра круг, причём так, чтобы увидеть девушку с другой, с левой стороны, которую он не мог сейчас рассмотреть, как следует. На это ему понадобилось менее десяти минут. Он увидел много других чаровниц, но, сравнивая их мысленно со своей грузинкой, он каждый раз находил её несравнимо лучшей. И вот она появилась снова.


Он правильно рассчитал свой путь, теперь он будет проходить с другой стороны от неё, причём гораздо ближе, чем в первый раз. Да, девушка удивительно хороша, он не ошибся. Ему даже показалось, что и она обратила внимание на него, хотя в это, конечно, трудно было поверить. Он старше её минимум на 30 лет, и если она и будет любить его, то только по воле чародея. Кстати, по воле чародея? Разве это лучше, чем из-за его денег? Ведь это всё равно не ради его самого?!


Да что это пришло ему в голову, конечно, это намного лучше! Ведь она всегда будет думать, что любит его, его самого! Она никогда не будет думать, что ласкает его только ради тех жизненных удобств, которыми может пользоваться благодаря его богатству. Она всегда будет искренней, её ласки будут настоящими!


Возможно, что чародей уже знает, что он выбрал её, и поэтому и она уже смотрит на него не так, как на остальных мужчин, она уже не может скрыть свою благосклонность к нему, не может показать ему своё полное равнодушие.


О боже, какое незаслуженное счастье ждёт его! Какой подарок судьбы этот чародей, какое сокровище эта милая, юная, нежная, очаровательная грузинка! Она прекрасная, восхитительная, волшебная! Она чудо, чудо из чудес! О боже, какой у неё удивительный взгляд!


Он подошёл уже совсем близко, и вдруг увидел нечто, чего раньше не замечал. Впрочем, ничего особенного. Родинка, совсем небольшая родинка. Она могла бы быть даже украшением её в остальном такого милого лица. Но расположена она была немного ниже её носа и совсем близко к нему. Возникают неприятные ассоциации. О боже! Может, было бы лучше, если бы я сделал свой выбор раньше и заметил бы эту родинку только после этого Ведь ничего страшного. Всего только небольшая родинка.


Но он уже проходил мимо и в последний момент смотрел уже не на свою очаровательную грузинку, а снова бросил взгляд на часы. И при этом ему показалось, что боковым зрением заметил на лице юной грузинки отражение разочарования. Что оно выражало? Недовольство его вниманием или наоборот, недовольство тем, что он в последний возможный миг уже не смотрел на неё?


Часы показывали, что у него ещё оставались один час и 39 минут. Ещё более чем достаточно времени, чтобы найти другую красавицу, пусть даже с родинкой, но имеющую более привлекательное расположение на лице.


Он пошёл дальше, но всё время продолжал видеть перед собой свою грузинку. Зал театра вдруг превратился в пешеходную зону центральной улицы большого шумного города. Он оглянулся назад, но его очаровательная грузинка исчезла вместе с театром. Он уже давно готов был простить ей её неудачно расположенную родинку, если бы она только снова появилась перед его глазами, но где она теперь? Он даже повернул в обратную сторону, но театр больше не появлялся.


Повсюду сияли огни рекламы, его обтекал нескончаемый людской поток, и повсюду были часы, отсчитывавшие оставшееся ему время. Стрелки на циферблатах часов двигались, казалось, всё быстрей и быстрей. Уже оставалось меньше одного часа. Конечно, времени оставалось всё ещё очень много, но из проходивших мимо него женщин ни одна не была так хороша, как навсегда потерянная им чаровница-грузинка. О, этот чародей! Не радость подарил он ему, а горе. Конечно, он сам виноват. Сожалению его не было предела. Он уже держал в ладонях своё счастье – и дал просочиться ему сквозь пальцы.


И вдруг он увидел нечто необыкновенное. Конечно, это не была его грузинка, она потеряна им, потеряна навсегда, но то, что он увидел, было совершенством невероятным. Ни один художник не мог бы создать лучшего образа.


Правда, она ещё не была девушкой, а только девочкой, подростком, лет 12-и – 13-и. Её груди были ещё только едва намечены и торчали острыми маленькими бугорками под её платьем. Для её возраста вполне нормально. Её фигура была немного угловата, ноги её были слишком тонки, но и это в её возрасте только придавало ей ещё больше очарования. Да, она была пока ещё только заготовкой будущей девушки. Она вся из себя напоминала распускающийся, но ещё не распустившийся бутон. Лицо удивительно правильное, кожа нежная, чистая, с умеренным, чисто городским румянцем. Глаза большие, бездонные, миндалевидные с большими длинными ресницами. Взгляд немного печальный, но испытывающий, умный. Она обещала стать удивительной красавицей.


Он долго смотрел на неё, и всё как бы застыло без движения, чтобы дать ему время на принятие решения. Наконец, он глубоко вздохнул, сожалея, что не может остановить на ней свой выбор. Через 5-6 лет она могла бы стать исполнением его мечты, это, несомненно. И если бы ему было только лет 20-30, может быть даже только 40, он остановил бы свой выбор на ней. Но сейчас, в его годы? Будут ли его увлекать женщины через 5-6 лет так, как они его увлекают теперь? И где будет находиться предмет его выбора все эти годы? Нет, он должен оставаться реалистом. Он должен жить настоящим, а не будущим. Хотя ему этого и не очень хочется, но и будущее, и эту девочку ему надо оставить более молодым. Жаль.


Он улыбнулся девочке, и она ответила ему едва заметной, несколько удивлённой улыбкой. Он прошёл мимо, и опять перед его глазами была его грузинка. Он взглянул на часы. Оставалось уже менее 30 минут. Конечно, время ещё было, но надо сказать честно, его было не так уж и много. Улица стала более пустынной, хотя всё ещё очень оживлённой.


Стрелки же часов летели, как бешенные.


Мимо него всё ещё проходило много молодых красивых женщин. Но он всё чаще замечал, что среди них есть и такие, существование которых его больше огорчало, чем радовало. Их наличие оправдывалось только тем, что сравнение с ними позволяло ещё выше оценить счастье обладания другими, несравненно более красивыми и молодыми.


Что греха таить, он и сам всё более приближается по своим внешним качествам к тем, для которых судьба в своих закромах сохранила только жалость и презрение. И он - сам по себе - уже давно не нужен молодым и красивым. Только его богатство сохраняет вечную притягательную силу, блеск его заставляет продолжать ценить и его. Он всё ещё может радоваться жизни и верить в свою удачу. Да ещё случаю, которым он всегда умел воспользоваться. Воспользуется и теперь. Неужели в этот раз не сумеет?


Ему только надо встретить, только увидеть такую, как его грузинка. Или даже лучшую. Она всё время была перед его глазами. Он сравнивал с ней проходящих мимо и видел, что все они её не стоят. А времени оставалось уже всего жалких десять минут. Он ещё раз повернул в обратную сторону. Он уже устал идти и идти. И тут ему пришло в голову, что, когда он идёт, он видит только идущих в одну сторону, навстречу ему. Если же остановиться, он будет видеть оба потока, проходящих мимо него. И увидит столько же женщин, минующих его. Почему раньше это не пришло ему в голову? Он остановился под часами, и стал подобен влюблённым, ожидающим своих подружек. Разве только его возраст был не очень подходящим для такого сравнения. Да и в сердце его оставалось уже совсем мало надежды.


Так он простоял минуты две-три. Но нет, стоять и ждать – это не его удел. Ему всегда нужно было двигаться, что-то делать для прихода тех минут, тех мгновений, которые он готовил почти всю свою жизнь. Ну, хотя бы идти навстречу этому мгновению. Ещё есть шанс, пусть небольшой, но есть.


Он снова отправился в путь и вдруг опять оказался в театре, в том самом зале, где пережил удивительное предвосхищение небывалого счастья, появление его грузинки. Но здесь уже почти никого не было. Освещение было блёклым, жёлто-серый полумрак выгонял из театра последних посетителей. Секундная стрелка часов, отсчитывавшая оставшийся ему срок, пошла по последнему кругу. И в этот момент он увидел старую безобразную скрюченную старуху.


Образ его прекрасной грузинки всё ещё был перед его глазами, но сравнивать его с образом этой, с позволения сказать женщиной, было просто кощунством. Ещё оставался десяток секунд, ведь может всё ещё появиться другая, какая угодно, но только не эта! Судьба всегда была милостива к нему, не может же она быть такой жестокой теперь. Он не может провести остаток своей жизни с этой… Судьба сжалится над ним. Всё ещё может вдруг появиться она, его грузинка… Но стрелка часов неумолимо заканчивала свой последний оборот, к нему приближалась ужасная старуха и никто больше не появлялся в пустом зале. Всё, конец! Пролетела последняя секунда, и циферблаты часов погасли.


Он в ужасе рухнул на пол. Лучше умереть. У него был тако-ой выбор!.. А достанется старая безобразная женщина. Он задыхался, сердце его останавливалось.


Но вдруг вспыхнул яркий свет и перед ним снова появился чародей. О, этот чародей! Он мог дать ему такое счастье, такое дивное создание, а даст ему безобразное чудовище. И ничего нельзя будет сделать, никуда не убежать от неё. Будь проклят этот чародей и минута появления его перед ним!


А чародей говорил в это время приятным бархатным голосом:


- Да, ты хотел слишком многого и потому должен был получить в награду эту безобразную, доживающую свой век старуху. Должен был. Конечно, грузинка, встретившаяся тебе, необыкновенна. Она всё время была перед твоими глазами. Ты видел тысячи других, но в твоём поле зрения неизменно находилась и она. Ты всё время сожалел, что не остановил свой выбор на ней. И ты всё время пытался её снова найти. Её образ не мерк в твоих глазах, а становился всё ярче. В каждый момент после встречи с ней она оставалась твоей истинной избранницей.


Ликуй, тебя спасло твоё постоянное восхищение грузинкой, так понравившейся тебе!..


Чародей взмахнул своей рукой, и тут снова появилась та удивительная красавица. Его грузинка! Она шла ему навстречу, смотрела на него страстным влюблённым взглядом. Он потянулся к ней, он уже держал её в своих объятиях, после пережитого ужаса его счастье казалось ему беспредельным… И в этот момент он проснулся. Рядом с ним спит его красивая жена, он смотрит на неё, и вдруг видит в ней черты сходства с той безобразной старухой, которую только что видел во сне.


Вернер слегка наклонил голову в знак окончания его истории. Раздались аплодисменты. Посетители, почти сплошь состоящие из женщин, хорошо приняли его рассказ . Вернер, впервые чувствовавший себя в роли артиста, обрадовался им, но ещё больше он обрадовался тому, что его неожиданное испытание позади. Правда, многих самых маленьких его зрителей его выступление усыпило. Они положили свои головки на колени других детей, прислонились к их туловищам, а то и просто распластались на полу. Вернер увидел улыбающееся ему лицо Сузан и сделал лёгкое движение головой, которое должно было означать: «Давай, теперь твоя очередь!» И Сузан действительно пошла к сцене.


Она вышла так, как на уроках в школе выходят к доске, повернулась к залу и сразу начала:


- Эту маленькую историю я прочитала в одной книге, когда ещё только хотела стать воспитательницей. Она тогда сильно укрепила мой выбор. По-моему, это был перевод с английского. Эта история называется...



Дороги к счастью


Моя подруга сказала , что она чувствует себя счастливее всех королей, потому что она всю жизнь делает то, что ей больше всего нравится и чем она никому не вредит. Такое не может себе позволить ни один король. Она учительница. Она учит детей в школе и дома, после работы. Она всегда окружена детьми. Она так занята своей работой, что даже не нашла времени выйти замуж. Но она очень счастлива, видя успехи своих воспитанников. Она говорит, что у неё столько детей, сколько не может быть ни у одной другой женщины.


Я рассказала о своей подруге одному знакомому молодому музыканту. Он сказал, что никогда не думал, что кто-нибудь ещё может быть таким же счастливым, как они, музыканты. Они тоже всегда делают то, что им нравится больше всего на свете. Они всегда играют, танцуют и поют. А люди платят им за это своим вниманием и любовью. Что может быть лучше этого?


Я разговорилась со своим соседом, строителем, которого знаю чуть ли не с детства. За свою жизнь он построил столько домов, что из них можно было бы составить целый посёлок. Он считает, что лучшей работы, чем у него, просто быть не может. Он беден, но он живёт не только для себя и для своей семьи, он живёт для всего нашего города. Он прожил счастливую жизнь, дай бог его детям прожить такую.


В доме через улицу наискосок в одной из квартир живёт индус, верующий буддист. Он всегда здоровается со мной. У него очень приятная и добрая улыбка. Я спросила его, что делает бедных людей счастливыми. Он улыбнулся и пригласил меня в свою квартиру:


- Моя жена будет рада угостить вас чаем.


Когда я вошла, он представил меня своей семье. Да что представил – я их всех уже видела.


Посмотрите на нас, - сказал он. – Мы не богаты, но мы довольны своей жизнью.


У него была миловидная жена и трое детей.


- Кем ты хочешь стать? – спросила я младшую из его детей.


- Учительницей, - ответила она со смущённой улыбкой.


- А ты? – спросила я мальчика чуть постарше.


- Я люблю петь и плясать и умею немного играть на флейте. Я буду музыкантом.


- А чего хочешь ты? – обратилась я к его брату, старше первого года на три-четыре.


- Я люблю строить и стану архитектором.


- А у вас тоже ещё есть мечты? – спросила я его жену.


- Я хотела бы, чтобы исполнились желания наших детей. И ещё, чтобы мы все вернулись в Индию, на нашу родину.


- У вас милая семья, - сказала я индусу.


Он ответил мне своей тихой спокойной улыбкой.


- У нас у всех скромные желания, - сказал он. – Поэтому наши желания могут исполниться. Мы на всех смотрим с любовью, и люди также смотрят на нас.


Через несколько дней в центре города я увидела известного банкира, садящегося в лимузин. Говорят, у него столько денег, что он мог бы купить половину города. Его шофёр подобострастно распахнул перед ним заднюю дверцу машины, а когда тот сел, бесшумно закрыл её за ним. Банкир даже не замечал своего шофёра. Презрительно и недовольно смотрел он вокруг себя. Он, похоже, чувствовал себя королём. Но счастливым он не был. Он весь в заботах. У него много денег - благодаря его таланту отнимать их у других. Но у него всё ещё слишком мало фабрик и заводов, домов и пароходов, золота и алмазов, на него всё ещё работает слишком мало людей для того, чтобы он мог осуществить все свои замыслы и чувствовать себя самым богатым и могущественным человеком на земле.


С ним знаются много молодых и красивых женщин, но он знает, что они любят не его, а его деньги. У него есть дети, но слишком мало времени, чтобы играть с ними. У него много друзей, но это такие же дельцы, как и он. Если кто-нибудь из них станет бедным, другие забудут о том, что были с ним знакомы. У всех у них не хватает времени для того, чтобы просто жить и быть счастливыми.


Как и все люди на земле, этот банкир желает счастья, настоящего счастья. Он думает, что сумеет купить его тогда, когда станет богаче всех на Земле.


Сузан слегка поклонилась и пошла со сцены, сопровождаемая тёплыми аплодисментами. Ей навстречу уже шла Катрин. Проходя мимо, она слегка пожала ей плечо и сказала:


- Хороший рассказ!


Выйдя на очерченный круг, называвшийся ими сценой, она повернулась к посетителям и улыбнулась:


- Мне кажется, что сегодня получился такой хороший вечер, что как бы нам не пришлось выступать в других детских домах.


Все засмеялись.


- Я вам расскажу такую короткую вещь, что вы, наконец, поверите, что мы действительно не готовились к выступлению.


Все снова засмеялись, скорее неверяще. Похоже, что её предисловие просто приняли за трюк.


- У них это хорошо получается, - услышала она чьи-то слова.


- Я не знаю жанра этого короткого произведения, возможно, это притча. Она называется


Грани любви.


- Что такое любовь? - спросила молодая девушка своего отца. Отец был не в духе, и ему совсем не понравился вопрос дочери, которая, как ему казалось, была ещё слишком молода для таких вопросов.


- Это слепота, поражающая молодых людей, ищущих счастье, - ответил он.


- Что такое любовь? - спросила девушка свою маму.


«Вот и выросла моя дочурка!» – подумала её мама, и ей вспомнилась вся её жизнь.


- Это доверие, нежность и вера в будущее.


- Что такое любовь? - спросила внучка своего деда.


- Ах, милая ты моя, - ответил с улыбкой дед. – Я уже начинаю многое забывать, но мои молодые годы я забыть не могу. Любовь… По-моему, это мудрость молодости.


- Что такое любовь? - спросила внучка бабушку.


Та тихо улыбнулась, поцеловала её в лоб, прижала к себе, глаза её стали влажными.


- Любовь – это стремление к вечной жизни.


Закончив, Катрин слегка поклонилась и, как все, была награждена усердными аплодисментами.


- Что такое любовь? – то ли просто повторила, то ли захотела нового уточнения Сабина, девочка лет 12-ти.


- Любовь – это когда дети слушаются своих родителей и воспитателей, а родители стараются дать и привить своим детям всё необходимое, - ответила Катрин. – Милые дети, наш «Вечер сказок» закончен и вам пора отправляться спать. Спасибо вам за ваши выступления, особенно за последние, которые подготовили вы сами!



(3.20)
Просмотров: 295

Имя:

Мейл:

Комментарий:

Код: Включите эту картинку для отображения кода безопасностиобновить код

© Портал интересных статей, 2007-2017.Правила перепечатки Разработка сайта — «MaxVoloshin.com»
Система Orphus